Раскрутились тут. Как идёт бизнес у переселенцев из Украины на Гомельщине

С прошлого года стартовала совместная программа Белорусского общества и Международного комитета Красного Креста и Красного Креста «Микроэкономические инициативы для украинских переселенцев, находящихся на территории Беларуси в 2017–2018 гг.». Помощь в размере 800 евро на открытие собственного мини-бизнеса получат 75 семей. Проект помогает тем, кто вынужденно оказался на чужой земле, не только улучшить свое финансовое положение, но и более плотно влиться в общество. Деньги на руки не выдают, эту сумму тратят на необходимые для бизнеса материалы. 

Какой бизнес на Гомельщине наладили украинские переселенцы узнала корреспондент газеты «Советская Белоруссия» Ольга Вальченко. Она навестила тех, кто уже открыл свое маленькое дело, и поинтересовались трудовым положением.

Дело рук самих…

Где найти Анжелику Васильевну, с порога услужливо показывает глазастая первоклассница. Уроки в этом небольшом филиале 56-й гимназии уже окончены, кто-то из оставшихся в продленке уже спит, кто-то нетерпеливо дожидается родителей. Воспитатель сдает из рук в руки маме хитро улыбающуюся любопытную девочку и, поглядывая на спящих, шепотом рассказывает свою историю.

Анжелика Троякова с мужем покинули Луганск 2 июня 2014 года. С двумя детьми они переехали в Гомель, на родину супруга, поселились у его сестры. Долгие месяцы рассчитывали вернуться домой, но скоро стало ясно, что ситуация вряд ли изменится.

— Нас никуда не брали. Мы с паспортами другой страны, все думали, что живем тут временно. Муж вынужден был уехать в Россию на заработки.

Забыв о своей карьере учителя математики, Анжелика стучалась в любые двери: не брали санитаркой в больницу, продавщицей в магазин, консультантом в салон. В газете она увидела объявление о вакансии в гимназии № 56, директора статус женщины не испугал. Правда, предложить Анжелике она смогла только место воспитателя группы продленного дня. И та с радостью ухватилась за эту возможность.

— Когда стоит вопрос выживания, исчезают сожаления о 8,5 года, отданных математике, оставленной квартире. Да и о будущем надо было думать. Ни один из дипломов, которые бы там получили мои дети, не признали бы ни в одной стране мира. Там ни у кого нет надежды, все живут одним днем. Мы ездили в гости, пока пройдешь досмотр и проверку на всех блокпостах, перестаешь чувствовать себя человеком, — на глазах Анжелики постепенно наворачиваются слезы. – Хотя 40 лет прожила на одном месте, сменить все в одночасье — это был стресс.

Анжелика не скрывает: белорусы принимали хорошо. Красный Крест помогал материально и советом. Управление по гражданству и миграции оперативно проводило все необходимые процедуры. Но главное, что быстро поняли переселенцы, поиск работы – дело рук самих мигрантов. Людмила Бурьян в Мозырский район переехала в 2015 году из города Лисичанска Луганской области, когда там были слышны выстрелы. Молодая девушка, только окончившая педуниверситет, вместе с будущим мужем первое время ютилась у друзей семьи. Сергею помогли устроиться в речной флот, правда, в Речицу, дома бывает наездами. В Гомеле он получил профильное образование, положив на полку пылиться уже имеющийся диплом бухгалтера. А Люда одно время работала в мозырской школе. Правда, потом продленку сократили и она вынуждена была снова искать работу.

В Козенках Людмила работает музыкальным руководителем

— В отделе миграции посоветовали обратиться в управление по труду, занятости и соцзащите. Но там сказали: иностранцев на учет не ставим, а вот банк вакансий смотрите, пожалуйста. Я искала по своей, педагогической специальности, нигде себя больше не представляю.

Заканчивался срок выданного девушке временного разрешения, а указанные в банке вакансий места уже были заняты. Свою ситуацию Люда изложила в отделе образования. Там пошли навстречу. Место музыкального руководителя педагогу нашли в районе — в Козенских яслях-саду. Теперь вокруг нее собираются детишки, чтобы вместе выучить песенку про львенка, и Люда счастлива.

В погоне за утраченной категорией

В ту волну прибытия переселенцев из Луганской и Донецкой областей учреждения образования приняли на работу около ста человек. Задачу руководство ставило четко: постараться трудоустроить всех, не отказывать никому. Начальник отдела кадровой и планово-экономической работы управления образования Гомельской области Ольга Волосенко вспоминает: не было ни одной жалобы на отказ в трудоустройстве от украинских переселенцев. Тогда работа у кадровиков была очень напряженной, приходилось разбираться в нюансах трудоустройства мигрантов, согласовывать многие действия с управлением по гражданству и миграции. В 2014—2015 годах трудоустроили около ста переселенцев.

— Сейчас такая статистика уже не ведется, неактуально стало. Кто хотел, тот трудоустроился. Мои коллеги говорят, что многие уже уехали, кто-то вернулся на родину, кто-то двинулся в другие страны.

Навстречу шли во многих вопросах. У переселенцев из Луганской и Донецкой областей в большинстве случаев даже не требовали подтверждения дипломов.

Елена Ануркина в 2014 году была первопроходцем в плане трудоустройства. Переселенка из города Славянска сейчас заместитель директора средней школы № 60 в Гомеле. Ехала сюда смело, родилась она здесь, здесь же живет ее мама. Лето проработала в лагере, потом поняла, что возвращаться некуда. На работу брали в детский садик, но официально поданные на подтверждение документы в Минске задерживались, на медобследование деньги еле наскребли. В августе появилось послабление для переселенцев Луганской и Донецкой областей – вышел Указ Президента № 420: психологом в школу взяли без проблем. Сначала зачли и стаж в 16 лет, и категорию, а потом выяснилось, что по законодательству не положено. Елена стала местным «координатором» по разрешению подобных нюансов, ведя переписку с Минобразования и Минтруда.

— Им спасибо большое, все шли навстречу. В итоге нам удалось вернуть стаж и подтвердить свои категории, те, что были у нас в Украине. Да, получали их заново, но, по крайней мере, не начинали с нуля.

Муж Валерий нашел место в сельскохозяйственной организации, сам стал работать в мастерских, Татьяну на полставки устроили инженером по охране труда.

Пока самый большой месячный доход от выпечки у Татьяны – 80 рублей

— Неоднократно спрашивали: какая зарплата. Директор отвечал одинаково: «Я вас не обижу!» Дали двухкомнатную квартиру в деревне. Но вот «не обижу» обернулось такими суммами, о которых говорить стыдно. Да и в целом отношения были негладкими, не хотелось, чтобы тебя, если ты приехал откуда-то, рассматривали как дешевую рабочую силу.

Впрочем, согласен Валерий, все зависит от человека. Кто-то из соседей может бурчать вслед: «Приехали, нам самим работать негде!», а кто-то соберет теплые вещи детям. Во втором хозяйстве, подшефном БМЗ, куда перевелись Позняки, условия были куда лучше. Потом Валерий и вовсе перешел на завод, а Таня ушла в декрет. Сейчас маленькому Гене год и девять, денег с двумя детьми не хватает. Потому проект Красного Креста Таня восприняла с энтузиазмом, хоть и было страшно.

— Я сказала мужу: Я ведь все равно пеку, сижу в декрете. Они же не ругают, если не получится. Попробую заняться выпечкой!

Таня составила бизнес-план, обосновала и убедила комиссию. На выделенные 800 евро ей купили плиту, много форм и насадок. Вид деятельности позволил не регистрироваться как ИП. Раз в месяц в уведомительном порядке она сообщает в налоговую, планирует ли принимать заказы, платит 15 рублей и начинает творить. За процессом удалось понаблюдать и мне. Хотя главным участником всех стадий, от выпечки коржей до смешивания творожного крема с синим гелевым пищевым красителем, пытался быть маленький Гена.

Заработок пока очень скромный, самый большой был в апреле – Пасха принесла пекарю-кондитеру 80 белорусских рублей. У Тани маловато рекламы, она еще завоевывает репутацию — успела дать мастер-класс для малышей.

Не все куры несушки?

Трудности с развитием бизнеса испытывает и Юлия Иванова из агрогородка Пиревичи Жлобинского района. Правда, у нее они в основном образовательного плана. Грант Юля получала на занятие животноводством.

— Звучит, конечно, громко, но мы все равно начинали разводить кур, так почему не наладить это с размахом и не начать зарабатывать?

В нашу страну Юля с мужем и трехнедельной дочкой на руках переехала из города Дзержинска Донецкой области. У супруга в Жлобине жила бабушка. Правда, в райцентре не остались, на селе были и работа, и жилье. Вот и пришлось горожанам познавать деревенский быт и особенности ухода за животными.

— Нам по гранту купили зернодробилку, инкубатор, косилку, строительные материалы. Мы завели свиней – белых и вьетнамских, кроликов, сейчас у нас полсотни кур.

Теоретическую информацию брали из книг и интернета, с практикой было сложнее.

— Оказалось, не все куры несушки, а есть такие, что несут, но им потом надо 2—3 месяца отдохнуть. Не очень хорошо пошло дело с вьетнамскими свиньями, сейчас ставку делаем на обычных.

Грант на бизнес получили и перебравшиеся сюда вслед за дочерью родители Юли. Папа, как и в Украине, занялся ремонтом обуви. Закупив кожу, замки, подметки, дрель, шуруповерт, швейную машинку и еще кучу приспособлений, он начал обслуживать местных жителей. Вот только на украинского бизнесмена пока посматривают настороженно, заказчиков немного. В месяц удается заработать в среднем 50 рублей.

Мыло ручной работы в Мозыре теперь продает Анастасия Кащина. Средства гранта ушли на материалы и формы, для работы ей хватает микроволновки и большой фантазии. Когда Анастасия составляла бизнес-план, ставка делалась на мыло-визитницы – с логотипами компаний. Но наши предприятия оказались не настолько готовы к оригинальным идеям, как рассчитывала девушка. Пока ее основной продукт – праздничные сувениры, но и оригинальные работы в виде бутылочек, животных, машин тоже пользуются спросом. Доход невелик, вздыхает Настя, но дело только начало развиваться.

Оригинальное мыло Анастасии разлетается в основном к праздникам

Уверенней на ниве бизнеса себя чувствует теперь уже гомельчанин Константин Драган. Меня он встречает в своем маленьком, но представительном офисе. Как индивидуальный предприниматель, он занимается продажей и установкой дверей и окон.

Ехал 32-летний Константин с семьей из города Доброполье в никуда. В первый город по ходу движения поезда, в котором можно было вздохнуть свободно. В Украине к донецкому паспорту относились настороженно. В Гомеле пожил у волонтеров, потом нашел квартиру подешевле. Молодой человек с двумя высшими образованиями клеил листовки, делал срубы, монтировал окна. Постоянную работу мастером смены нашел на заводе, а параллельно набирался дополнительного опыта по установке окон и дверей в разных фирмах. Смотрел на ошибки компаний, успешные моменты. Понял: если от момента продажи до сдачи заказ будет закрывать один многопрофильный специалист, то работа будет качественней, а заказчик станет больше доверять. Что в сфере, где большая конкуренция, немаловажно. Константин сумел найти плюс, выгодно отличающий его от других, — он гарантирует установку без пыли, на объект выезжает с промышленным пылесосом.

К «оконно-дверному» бизнесу Костя присматривался долго

— На грант закупили образцы, электроинструмент. С начала года я установил около 60 дверей. Пока львиную долю дохода вкладываю в продвижение, рекламу, сайт. Если просто открыть офис, поставить образцы и сидеть ждать, толку не будет.

Иностранцев стало меньше

Сколько бы иностранцев ни устраивалось на работу у нас, первоочередная задача страны – забота о собственных работниках. Схему найма на работу гражданина другого государства объяснили в управлении по гражданству и миграции УВД Гомельского облисполкома. Начальник управления Андрей Шарманов акцентирует внимание: иностранные граждане осуществляют трудовую деятельность в Республике Беларусь только при наличии специального разрешения и заключения трудового договора. Прежде чем достаться иностранцу, вакансия должна находиться в общереспубликанском банке вакансий 15 рабочих дней.

Начальник управления по гражданству и миграции УВД Гомельского облисполкома Андрей Шарманов

— Вакансии для иностранной рабочей силы должны предоставляться с учетом интересов национального рынка труда. Если за эти 15 рабочих дней к нанимателю приходили наши граждане, которые могли бы занять это место, но получили безосновательный отказ, то комитет по труду, занятости и соцзащите выносит заключение о нецелесообразности найма иностранца. В ином случае работодатель пишет заявление на выдачу специального разрешения на право занятия трудовой деятельностью в отношении конкретного иностранца. Мы рассматриваем это заявление в течение 15 календарных дней, делаем все необходимые запросы. Если все в порядке, специальное разрешение выдается сроком на один год, потом оно может быть однократно продлено, но уже без заявления вакансии.

Понятно, на определенные должности в стране могут не найтись специалисты с необходимой квалификацией. Если фирме, к примеру, нужен инженер с идеальным знанием турецкого, то проще пригласить его из самой Турции. Если предприятие обоснует высокую квалификацию такого специалиста, то спецразрешение могут выдать и на два года с возможностью в последующем однократно его продлить также на два года. В случае нарушения иностранными гражданами порядка занятия трудовой деятельностью у нас Кодексом об административных правонарушениях предусмотрена ответственность в виде предупреждения, штрафа или депортации в отношении трудящихся и предупреждения или штрафа в отношении нанимателей.

Для переселенцев из Луганской и Донецкой областей сделали послабление. Подписанный 30 августа 2014 года Указ Президента № 420 «О пребывании граждан Украины в Республике Беларусь» освободил нанимателей, берущих на работу таких мигрантов, от уплаты госпошлины за выдачу спецразрешений. При этом срок принятия решения в управлении по гражданству и миграции сократили с 15 календарных до 5 рабочих дней. Тот же документ сделал возможным и прием на работу украинских переселенцев без установленной процедуры признания документов об образовании.

Что касается других преференций, то без спецразрешений могут работать граждане Евразийского экономического союза, то есть россияне, армяне, казахи и киргизы. Не нужен документ и тем, кому предоставлена дополнительная защита или кто имеет вид на жительство. Получение последнего, отмечает Андрей Шарманов, может зависеть и от профессиональных навыков иностранца.

— По Закону «О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь» одним из оснований, по которому иностранные граждане могут получить разрешение на постоянное проживание, является ходатайство организации как за работника или специалиста, в которых нуждается регион.

В последней редакции Закона «О внешней трудовой миграции» от 5 января 2016 года преференции получили и иностранные студенты, которые обучаются в наших вузах. От получения спецразрешений освобождаются те, кто во время учебы устроился по получаемой специальности, и те, кто нашел соответствующую работу по полученной специальности в течение года после выпуска. Эту информацию управление с завидной регулярностью доводит до вузов, но пока, как показывает практика, закрепить таким образом специалистов в Гомельской области не спешат — у нанимателей нет работников ни одной, ни другой категории.

Местным трудовым резервам иностранные граждане не угрожают. Если взять количество выданных спецразрешений и заключенных трудовых договоров, то становится понятно, что с каждым годом на работу в Гомельской области устраивается все меньше иностранцев. В 2014 году к работе приступили 3522 человека, в 2015-м был пик – 4178, что было обусловлено прибытием в регион большого количества украинцев. В 2016 году – 2631 человек, 2017-м – уже 1306. Цифра первого квартала этого года и того меньше – 153.

Эту ситуацию видят и работодатели. Заместитель директора ООО «Бикор» Жанна Баль вспоминает: еще пару лет назад на их предприятии трудилось около 70 украинцев. Организации, работающей в области строительства и реконструкции промышленных объектов нефтегазодобывающей, нефтеперерабатывающей промышленности, топливно-энергетического комплекса, специалисты нужны всегда.

— Но сейчас у нас осталось три человека. Люди поуезжали, сказали: «Нам сейчас проще в Польшу или Чехию на заработки поехать».

Впрочем, некоторых работодателей такая ситуация немного даже радует. С 1 января 2016 года все иностранцы, работающие у нас, независимо от того, гражданами какой страны они являются, подлежат обязательному государственному социальному страхованию. То есть взносы за них в ФСЗН наниматель уплачивать обязан, раньше это делалось по желанию. Зато семьи переселенцев, почти единодушно говорят: «Здесь и останемся, тут спокойно» и чувствуют себя чуть более защищенными.

Автор публикации и фотографий — Ольга Вальченко.

Оригинал материала доступен по ссылке https://www.sb.by/articles/raskrutilis-tut.html

This Post Has Been Viewed 45 Times

Заполни анкету волонтера