Как живет в Бобруйске семья, бежавшая из Горловки

Уже четвертый новогодний праздник семья Ивановых встретила в Бобруйске: папа Константин Николаевич, мама Татьяна Александровна и семиклассник Леша. Начало каждого года для самого младшего члена семьи – время особенное. Во-первых, приятно получать новогодние подарки, которые родители приносят со своей работы. Маме в этом году дали замечательный новогодний сундучок с шоколадными конфетами белорусских кондитерских фабрик. Оказалась в подарке и самая любимая Лешина сладость – шоколадка «Любимая Аленка». Во-вторых, 26 января у Леши день рождения, а значит, снова будут подарки!

До бомбежек и после

Прежде семья Ивановых жила в украинской Горловке. Теперь это территория ДНР. О своей прежней жизни Леша, конечно же, помнит. Жили в просторной трехкомнатной квартире, где у мальчика была собственная комната. Мама работала помощником воспитателя в детском саду, папа – подземным электрослесарем на шахте имени Гаевого. Леша учился в горловской школе, был у него лучший друг Никита Щербина. А потом в Горловке начались взрывы, бомбежки. Куда-то спешно уехала семья Щербина. Лешина бабушка тоже собрала вещи внуков и вывезла Лешу и его двоюродного брата подальше от этого лиха – сначала в Санкт-Петербург, где жили родственники, а потом в белорусский Бобруйск, куда через некоторое время приехали и Лешины родители.

– Сначала летом 2014-го начали бомбить Славинск, потом – Донецк и Горловку, – вспоминает Татьяна Александровна. – Когда Лешу отправили с бабушкой в Питер, то были уверены, что он вернется в Горловку к 1 сентября, чтобы идти с друзьями в школу. Даже приготовили ему школьную форму, которая так и осталась лежать в шкафу в Горловке… Все получилось иначе.

Горловка вмиг стала военным городом. Полностью остановился транспорт, закрылись почти все магазины. Взрывы, обстрелы установками «Град», бомбежки. У знакомых погиб двухлетний ребенок от разрыва снаряда, была ранена старшая пятилетняя девочка и мама тех детей…

– Очень мы боялись бомбежек. Ложились спать и не знали: встанем утром живые или нет? Панический страх и ужас от происходящего. В августе приняли с мужем окончательное решение – надо уезжать. Помню три украинских блокпоста, которых мы очень опасались. А они пожелали: «Счастливой дороги!».

 

Чтобы у всех был дом

По словам Татьяны Александровны, белорусы оказались гостеприимными, помогали и выручали, чем могли. Добрые люди приносили продукты, одежду, все необходимое. Ведь пришлось уезжать с маленькой сумкой налегке… Ваучерами на продукты помогал Белорусский Красный Крест. Много вещей приносили коллеги с первого места работы мужа в Бобруйске – работники ЗАО «Художественная керамика». Ивановы оформили в эмиграционной службе статус «дополнительной защиты», нашли работу. Сейчас Татьяна Александровна работает дворником в ЖЭУ №4, супруг – слесарем аварийной бригады в БУКДДЭП. Леша учится в школе №11, у него много друзей, учится на шестерки, семерки и восьмерки. Судя по оценкам, справляется с белорусским языком даже лучше, чем с русским. У семьи есть работа, зарплата и жилье, а это главное, считает Татьяна Александровна.

Жилье семьи – небольшая комната в блоке общежития на окраине Форштадта, которую выделили Ивановым от ЖЭУ. Комната теплая и аккуратная, новые обои на стенах. Все дали добрые люди: кровать, кресло, стенку, телевизор, даже занавески на окно… А потом разжились и четвертым членом семьи, сиамской красавицей – кошкой Люсей. Муж работал тогда на керамическом предприятии в Титовке, случайно услышал разговор цыган, которые несли топить котенка в реке. Пожалел пятнистого малыша и забрал домой. Чтобы у всех был дом.

В декабре Татьяна Александровна с мужем снова съездили в Могилев в миграционную службу УВД для получения статуса «дополнительной защиты» на 2018 год, теперь им нужно будет зарегистрироваться по месту жительства. А что потом?

– Не знаем, что будет дальше, где будем жить, – признается моя собеседница. – В Бобруйске у нас есть жилье и работа, но, конечно же, тянет на родину. Мы тут как перышки: подует ветер, и готовы будем лететь. Живем с ощущением временности, вещи стараемся не покупать… Ничем не обживаться. Хотя мы тут не обижены. Живем точно так же, как и многие другие простые бобруйчане, как все.

Отзовись, друг Никита!

Татьяна Александровна слышала, что многие украинцы уже возвращаются на прежние места в Горловку. Говорят, что там постепенно налаживается жизнь, устанавливается порядок. Налажена работа транспорта и организаций. В Горловке осталась под присмотром соседей их квартира, вещи. Но… Там теперь нет работы. Стоит кормилица-шахта имени Гаевого, химзавод «Стерол», машиностроительный завод… Как семью кормить? А самое страшное – все еще продолжаются бомбежки. Вот если бы выстрелы и бомбежки закончились…

– Я далека от политики, – признается моя собеседница. – Но понимаю так: люди сами по себе в руки оружие не возьмут, кто-то их направляет. Кто-то делит власть, а страдают люди. Ведь все простые люди хотят только тишины, мира и покоя. Не хочу слышать никакой пропаганды, даже новости о нашей Украине не смотрю, сразу телевизор переключаю на другой канал.

Разве можно людей делить: украинцы, россияне? Вот, к примеру, я. Кто я такая по национальности? Может, я вообще человек мира? По линии отца дед был украинец – одессит, бабушка – русская из Курска, у мамы молдавские корни, я всю жизнь прожила в Украине, а теперь благодарна Беларуси и ощущаю себя почти белоруской.

Конечно, как сложится дальше жизнь, семья Ивановых не знает. В ближайших планах – собрать необходимые справки из Киева, что достаточно проблематично, и оформить ПМЖ в Беларуси. Речь о том, чтобы вернуться в Горловку, где по-прежнему время от времени рвутся снаряды, не идет.

На прощание Леша спросил: а сможет газета помочь найти его друга Никиту Щербину? Где тот сейчас оказался? Вот было бы здорово друзьям найти друг друга и снова встретиться!

Источник: Коммерческий Курьер

This Post Has Been Viewed 126 Times

Заполни анкету волонтера